m_sch | Израильские концерты: Впечатления и Пожелания.

На прошлой неделе вашему покорному удалось аж 2 раза посетить концерты Щербакова в Иерусалиме и Тель-Авиве соответственно. Иерусалимский концерт понравился мне чрезвычайно - с претензией на первое место среди посещённых мной авторских вечеров. Организаторы вечера, сами того не зная, создали просто идеальные условия. Зал представлял из себя школьную аудиторию с небольшой ступенькой впереди - своего рода сцена. Народу было человек 200, и все они сидели на "одоразовых" стульчиках, произвольно расставленных посреди свободного пространства. Никакой иллюминации, и прочих выпендрёжев не было, микрофоны были минимальными, что обеспечило автору возможность расслабиться. Настроение было классное. Начал Бяльский (главный редактор Иерусалимского журнала), объявив Щербакова как "русского поэта"... Михаил Константинович призвал публику простить Бяльского за излишний пафос, однако совсем даже не расстроился, а, наоборот, развлекал публику по полной программе. Наряду с уже привычными "Бабочкой" и "Волхонкой", про которую, Щербаков, как-бы невзначай, сказал, что когда он выступает не в Москве, приходится объяснять где же раньше был бассейн Москва (и, конечно же, не объяснил), были еще исполнены старые песни(например, "Надежды прочь, сомнения долой..." и "Под знаменем фортуны"). Песня про "РайЦентр" (2003 года выпуска) прошла на "Ура". Даже на вопросы Щербаков отвечал благосклонно, например:
- Скажите, что означает "Не буквально, так синтаксически, превратив никогда в нигде"?
- Вы знаете, когда-то я понимал, или мог хотя бы объяснить, но теперь уже мне нужно как минимум 10 минут, чтобы вспомнить, а сейчас их нет...

Или, наиболее запомнившийся вопрос:
- Интересно ли вам читать свою критику, и узнаёте ли вы из нее что-то новое о себе?
- Да, конечно, интересно. Мне любопытно узнать как воспринмаются мои песни. Я-то знаю правильное восприятие. Узнаю ли что-то о себе? Вряд ли, зато о других очень многое...
Публика реагировала правильно, то есть улыбалась, и перешептывалась.

Прошла неделя, и место действия перенеслось в Тель-Авив. Для незнакомых с местными реалиями, скажу, что расстояния в Израиле отсутствуют как класс. Автобус из Иерусалима в Тель Авив идёт ровно час. Тем-не-менее антураж, публика, да и сам автор, поменялись, увы не в лучшую сторону...
Проколы организаторов наблюдались ровно в каждом аспекте их деятельности: Зал был невозможно большим, со сценой на 2 метра выпирающей над первыми рядами. Щербаков, таким образом, оказывался на пьедестале, да еще и освещённом 10 прожекторами при выключенном свете в зале. На столе отсуствовали напитки как класс, и судя по всему, их также не было и за кулисами. Звукорежиссёр, решив вероятно, что Михаил Щербаков и Филип Киркоров нуждаются в схожей аппаратуре, врубил бешеной силы басы, и какое-то подозрительное спец.еффектное эхо. Странно, вы как хотите мне странно, подумал я. Публика же ничего такого не подумала. Напротив, собравшееся бешеное количество народу (человек 400-500), что само по себе уже выглядело настораживающе, видимо ожидало, что
автор будет приплясывать, притопывать и травить со сцены анекдоты... А вместо этого, Щербаков спел свою коронную шансонетку, так что после слов "И если что-то надо объяснять, то ничего не надо объяснять", публика решила что не туда попала. Щербаков же, почувствовав это куда лучше меня, перешел в свою привычную защитную стойку. На вопросы отвечал блестяще, жаль, что публика не смогла оценить...
- Почему ваши песни не вошли в проэкт "песни нашего века"?
- Видимо, не нашего века мои песни... На самом деле, для меня "Песни нашего века" - это такая мелодрама, или даже мыльная опера.

- Как вы относитесь к творчеству Тимура Шаова?
- Странное у меня чувство... Можно, конечно, простить безграмотность, безвкусицу... Но когда это еще и не смешно - тут моих сил не хватает.

- Скажите, получаете ли вы удовольствие от собственных концертов?
- Как ни странно, иногда да... (пауза, явно заменяющая фразу "но не сейчас"). Приятно осозновать, что что-то умеешь...

Но зато последняя песня (Сентенциозные куплеты) была исполнена сияющим Щербаковым с полной отдачей. Еще бы, "завтра уезжаю в Москву, так что лучше всего закончить именно этой песней" - объявил автор.

В заключение, притча-тост:
Однажды в Бостоне выступала группа актёров театра на Таганке с произведением "Москва-Петушки". Постановка была так-себе, но речь не об этом. На первых пяти рядах размещались божьи одуванчики - бабушки, которые ходят на все Бостонские русскоязычные представления. Каждый раз, когда со сцены произносилось слово "хуй", парочка таких бабушек вставала со стульев, говорила "безобразие" и деловито удалялась...
Так выпыем же за то, что бы люди знали куда они пришли, и чего им ожидать, а организаторы не пытались сделать из Щербаковского концерта утренник в детском саду! Всем большой Шалом!