Михаил ЩЕРБАКОВ
ЧУЖАЯ МУЗЫКА и НЕ ТОЛЬКО, часть 3




1. Смотри
2. Тир "Боярд"
3. Теперь и прежде
4. Не скифы
5. "Прощание с Петербургом"
6. Рецензия
7. Павловск
8. Конспект
9. Конец 3-й части
Приложение
10. Жизнь прекрасна
11. Лондон
12. Интермедия 5
13. Тема полёта
14. Москва — Сухуми
15. Белый берег
16. Серенада
М. Щербаков — текст, музыка, голос
М. Стародубцев — клавишные
Аранжировка — М. Щербаков, М. Стародубцев
Звук — С. Павленко, 2015 г.
Все права защищены (C) (R) 2015, Михаил ЩЕРБАКОВ
(C) Ковчег, Минск
BYA0115016
Смотри (Надеюсь, близорукость моя была отчасти полезна...)
Конец 3-й части (Уж если хотя бы в округе...)
Теперь и прежде (Кто сам головой не понял…)
…
И раз уж оно всё так обстоит, как сказано, а не этак,
то некогда делать выводы в заключении напоследок.
Пора сочинять, не глядя уже на мостик на капитанский,
словарь поговорок новых с переводами на китайский.
…
Рецензия (Ещё я утром веки еле разнял…)
…Соткать конфликт - задача злодея, святому якобы недосуг…
…Полно троюродных в дележе, а хищник хочет весь миллион…
…Казнит паук соперников, шанс растёт, идёт за первым актом второй…
…Болота, кстати, тоже не примитив - аппаратура на высоте…
…По стилю что-то в духе дель арте…
Не скифы (Как предок наш…)
Как предок наш раздражал когда-то в долине пашущих на волах,
так те же мы чужаки нон грата меж ныне пляшущих на балах.
Не в пору нам чехарда и жмурки, какие всюду сейчас в ходу -
все наши па поперёк мазурки, Сельджуки-турки у нас в роду.
С древнейших лет на полях и в недрах соседей к миру склонял сельджук,
но как нарочно, всегда лишь недруг сновал вокруг, а никак не друг.
Жестоки были его набеги - лишал он почвы, лишал воды,
стараясь наши к нулю навеки свести труды и стереть следы.
Казнил он зодчих, секреты знавших, сады секирой суровой сёк,
богов он глиняных рушил наших, в муку толок и по новой пёк.
В изгнанье шли мы, не чуя брода, на круглом шаре ища угла
и всюду нас стерегла невзгода, вода душила и почва жгла.
В песках и топи, в чаду и всхлипе, под хохот выпей - ха-ха, хе-хе,
кончались мы от свербящей сыпи на Миссисипи и Хуанхэ,
от града с неба, от яда в снеди, от пули встречной и боковой,
но всякий раз не от страха смерти, а лишь от смерти как таковой.
И недруг росчерком зря веселым чертил на описи «принял-сдал» -
урон смотрелся весьма весомым, но с тем искомым не совпадал.
Проткнув асфальт или прутья клетки, на свет опять вызревал сельджук
в любой толпе различим без метки, какие предки - таков и внук.
Сбивался счетчик со всех настроек, однако сызнова вёл отстрел,
чтоб долго после студент-историк, сверяя цифры в архиве прел.
Беги, школяр, от бумажной скуки, забудь науки, ступай в холмы,
где к небесам воздевая руки, поют сельджуки свои псалмы.
Возможно, чем-то иным ты станешь, когда на выстрел подкравшись к ним,
из них кого-то убьешь и ранишь, но ты не станешь из них одним.
Конспект (Тщетны были кровь и обида…)
Тщетны были кровь и обида войн и оплеух -
чем ты не лечи индивида, он неисправим.
Никак отродясь и до веку не признает он вслух,
что враг человек человеку, а не побратим.
Вот он, имярек безымянный, мирный фарисей.
Врет он, что отменно гуманный норов у него.
Ни в долг, ни по службе ему ты доверяться не смей -
он волк, и клыки его люты все до одного.
Клеит корпус он кадиллаку или москвичу,
греет на обед кулебяку либо чебурек,
открыт, безоружен, умерен, даже кроток, но чу -
хитрит, лепеча, что не зверь он, ибо человек.
Счётом не учтешь и речами выразишь не в тон,
что там в человечьем ночами вертится уме,
о чём говорит Заратустра с ним, пока лежит он
ничком, и глаза его тускло светятся во тьме.
Рядом рода женского особь тише тишины,
спрятан в золотистую россыпь ангельский овал,
как шёлк её нежная кожа, радостны её сны,
но волк и она, она тоже, а не идеал.
О, жмых, глинозём, обыватель, вечный середняк,
ложных аксиом обожатель, здравых оппонент.
Лассо имяреку на ворот или наградной знак,
а всё печенег он и ворог, даже если нет.
Битва за сарай и колодец кончилась врасплох.
«Три-два, — объявил полководец. — Живо по домам».
И полк ноги в руки, к дому: «Любо, братцы, эх, ох…»,
но волк рядовой рядовому, как и атаман.
Схему мы наметили с вами, юные друзья,
тему доработайте сами до наоборот
и сняв оговор с имярека, укажите в чем я
неправ, а теперь дискотека, Новый всё же год.
ЧУЖАЯ МУЗЫКА и НЕ ТОЛЬКО, часть 3




1. Смотри
2. Тир "Боярд"
3. Теперь и прежде
4. Не скифы
5. "Прощание с Петербургом"
6. Рецензия
7. Павловск
8. Конспект
9. Конец 3-й части
Приложение
10. Жизнь прекрасна
11. Лондон
12. Интермедия 5
13. Тема полёта
14. Москва — Сухуми
15. Белый берег
16. Серенада
М. Щербаков — текст, музыка, голос
М. Стародубцев — клавишные
Аранжировка — М. Щербаков, М. Стародубцев
Звук — С. Павленко, 2015 г.
Все права защищены (C) (R) 2015, Михаил ЩЕРБАКОВ
(C) Ковчег, Минск
BYA0115016
Смотри (Надеюсь, близорукость моя была отчасти полезна...)
Конец 3-й части (Уж если хотя бы в округе...)
Теперь и прежде (Кто сам головой не понял…)
…
И раз уж оно всё так обстоит, как сказано, а не этак,
то некогда делать выводы в заключении напоследок.
Пора сочинять, не глядя уже на мостик на капитанский,
словарь поговорок новых с переводами на китайский.
…
Рецензия (Ещё я утром веки еле разнял…)
…Соткать конфликт - задача злодея, святому якобы недосуг…
…Полно троюродных в дележе, а хищник хочет весь миллион…
…Казнит паук соперников, шанс растёт, идёт за первым актом второй…
…Болота, кстати, тоже не примитив - аппаратура на высоте…
…По стилю что-то в духе дель арте…
Не скифы (Как предок наш…)
Как предок наш раздражал когда-то в долине пашущих на волах,
так те же мы чужаки нон грата меж ныне пляшущих на балах.
Не в пору нам чехарда и жмурки, какие всюду сейчас в ходу -
все наши па поперёк мазурки, Сельджуки-турки у нас в роду.
С древнейших лет на полях и в недрах соседей к миру склонял сельджук,
но как нарочно, всегда лишь недруг сновал вокруг, а никак не друг.
Жестоки были его набеги - лишал он почвы, лишал воды,
стараясь наши к нулю навеки свести труды и стереть следы.
Казнил он зодчих, секреты знавших, сады секирой суровой сёк,
богов он глиняных рушил наших, в муку толок и по новой пёк.
В изгнанье шли мы, не чуя брода, на круглом шаре ища угла
и всюду нас стерегла невзгода, вода душила и почва жгла.
В песках и топи, в чаду и всхлипе, под хохот выпей - ха-ха, хе-хе,
кончались мы от свербящей сыпи на Миссисипи и Хуанхэ,
от града с неба, от яда в снеди, от пули встречной и боковой,
но всякий раз не от страха смерти, а лишь от смерти как таковой.
И недруг росчерком зря веселым чертил на описи «принял-сдал» -
урон смотрелся весьма весомым, но с тем искомым не совпадал.
Проткнув асфальт или прутья клетки, на свет опять вызревал сельджук
в любой толпе различим без метки, какие предки - таков и внук.
Сбивался счетчик со всех настроек, однако сызнова вёл отстрел,
чтоб долго после студент-историк, сверяя цифры в архиве прел.
Беги, школяр, от бумажной скуки, забудь науки, ступай в холмы,
где к небесам воздевая руки, поют сельджуки свои псалмы.
Возможно, чем-то иным ты станешь, когда на выстрел подкравшись к ним,
из них кого-то убьешь и ранишь, но ты не станешь из них одним.
Конспект (Тщетны были кровь и обида…)
Тщетны были кровь и обида войн и оплеух -
чем ты не лечи индивида, он неисправим.
Никак отродясь и до веку не признает он вслух,
что враг человек человеку, а не побратим.
Вот он, имярек безымянный, мирный фарисей.
Врет он, что отменно гуманный норов у него.
Ни в долг, ни по службе ему ты доверяться не смей -
он волк, и клыки его люты все до одного.
Клеит корпус он кадиллаку или москвичу,
греет на обед кулебяку либо чебурек,
открыт, безоружен, умерен, даже кроток, но чу -
хитрит, лепеча, что не зверь он, ибо человек.
Счётом не учтешь и речами выразишь не в тон,
что там в человечьем ночами вертится уме,
о чём говорит Заратустра с ним, пока лежит он
ничком, и глаза его тускло светятся во тьме.
Рядом рода женского особь тише тишины,
спрятан в золотистую россыпь ангельский овал,
как шёлк её нежная кожа, радостны её сны,
но волк и она, она тоже, а не идеал.
О, жмых, глинозём, обыватель, вечный середняк,
ложных аксиом обожатель, здравых оппонент.
Лассо имяреку на ворот или наградной знак,
а всё печенег он и ворог, даже если нет.
Битва за сарай и колодец кончилась врасплох.
«Три-два, — объявил полководец. — Живо по домам».
И полк ноги в руки, к дому: «Любо, братцы, эх, ох…»,
но волк рядовой рядовому, как и атаман.
Схему мы наметили с вами, юные друзья,
тему доработайте сами до наоборот
и сняв оговор с имярека, укажите в чем я
неправ, а теперь дискотека, Новый всё же год.
no subject
Date: 2015-10-06 08:10 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 10:10 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 10:15 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 10:20 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-06 08:30 pm (UTC)1. Смотри
3. Теперь и прежде
4. Не скифы
6. Рецензия
8. Конспект
9. Конец 3-й части?
no subject
Date: 2015-10-07 07:58 am (UTC)(Гипотеза: Рецензия - это продолжение Тира... Пойду проверю))
no subject
Date: 2015-10-07 08:09 am (UTC)"Теперь и прежде" - песня с домашника у Палта, которую выложили в сообщество и быстро убрали n лет назад?
no subject
Date: 2015-10-07 12:45 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-09 11:04 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-09 11:45 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-09 12:01 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-09 06:21 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-09 12:29 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 04:45 am (UTC)Тщетны были кровь и обида войн и оплеух,
чем ты не лечи индивида, он неисправим,
никак отродясь и до веку не признает он вслух,
что враг человек человеку, а не побратим.
Вот он, имярек безымянный, мирный фарисей –
врет он, что отменно гуманный норов у него.
Ни в долг, ни по службе ему ты доверяться не смей,
Он волк, и клыки его люты все до одного.
Клеит корпус он кадиллаку или москвичу,
Греет на обед кулебяку либо чебурек,
Открыт, безоружен, умерен, даже кроток, но чу –
хитрит, лепеча, что не зверь он, ибо человек.
Счётом не учтешь и речами выразишь не в тон,
что там в человечьем ночами вертится уме,
о чем говорит Заратустра с ним, пока лежит он
ничком, и глаза его тускло светятся во тьме.
Рядом рода женского особь тише тишины,
спрятан в золотистую россыпь ангельский овал,
как шелк её нежная кожа, радостны ее сны,
но волк и она, она тоже, а не идеал.
О, жмых, глинозем, обыватель, вечный середняк,
ложных аксиом обожатель, здравых оппонент!
Лассо имяреку на ворот или наградной знак,
а всё печенег он и ворог, даже если нет.
Битва за сарай и колодец кончилась врасплох,
Три, два – объявил полководец, живо по домам.
И полк ноги в руки, к дому: «Любо, братцы, эх, ох…»,
но волк рядовой рядовому, как и атаман.
Схему мы наметили с вами, юные друзья,
тему доработайте сами до наоборот,
и сняв оговор с имярека, укажите в чем я
неправ, а теперь дискотека, Новый все же год.
no subject
Date: 2015-10-07 08:57 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 09:39 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 09:24 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 09:39 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-07 10:28 am (UTC)Как предок наш раздражал когда-то
в долине пашущих на волах,
так те же мы чужаки non grata
меж ныне пляшущих на балах.
Не впору нам чехарда и жмурки,
какие всюду сейчас в ходу,
все наши па поперек мазурки,
сельджуки турки у нас в роду.
С древнейших лет на полях и недрах
соседей к миру склонял сельджук,
но как нарочно, всегда лишь недруг
сновал вокруг, а никак не друг.
Жестоки были его набеги,
лишал он почвы, лишал воды,
стараясь наши к нулю навеки
свести труды и стереть следы.
Казнил он зодчих, секреты знавших,
сады секирой суровой сек,
богов он глиняных рушил наших,
в муку толок и по новой пек.
В изгнанье шли мы, не чуя брода,
на круглом шаре ища угла,
и всюду нас стерегла невзгода,
вода душила и почва жгла.
В песках и топи, в чаду и всхлипе,
под хохот выпей, ха-ха, хе-хе
кончались мы от свербящей сыпи
на Миссисипи и Хуанхэ,
от града с неба, от яда в снеди,
от пули встречной и боковой,
но всякий раз не от страха смерти,
а лишь от смерти как таковой.
И недруг росчерком зря веселым
чертил на описи «принял – сдал»,
урон смотрелся весьма весомым,
но с тем искомым не совпадал.
Проткнув асфальт или прутья клетки,
на свет опять вызревал сельджук,
в любой толпе различим без метки,
какие предки, таков и внук.
Сбивался счетчик со всех настроек,
однако сызнова вел отстрел,
чтоб долго после студент-историк,
сверяя цифры, в архиве прел.
Беги, школяр, от бумажной скуки,
забудь науки, ступай в холмы,
где к небесам воздевая руки,
поют сельджуки свои псалмы.
Возможно, чем-то иным ты станешь,
когда на выстрел подкравшись к ним,
из них кого-то убьешь и ранишь,
но ты не станешь из них одним.
no subject
Date: 2015-10-07 10:45 am (UTC)UPD: Диск приобретён и подвергается эмпэтрированию в настоящее время. Намёк: есть такие слова — com и pleer, не совсем слова, но те, кому очень надо, и кто далеко от магазина с диском, поймут ... :)
no subject
Date: 2015-10-07 05:48 pm (UTC)Тщетны были кровь и обида войн и оплеух -
чем ты не лечи индивида, он неисправим.
Никак отродясь и до веку не признает он вслух,
что враг человек человеку, а не побратим.
И в каждой строфе по такой же схеме, да и рифмы необычные, красота просто.
no subject
Date: 2015-10-07 09:12 pm (UTC)И "уж если" снова нет?
хнык
no subject
Date: 2015-10-07 10:26 pm (UTC)Родича, увы, нет.
no subject
Date: 2015-10-08 05:42 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-12 07:06 am (UTC)no subject
Date: 2015-10-08 04:08 pm (UTC)Как купить не москвичам?
no subject
Date: 2015-10-09 08:44 pm (UTC)Кидайте в личку п/адрес, 26-го куплю, вышлю.
no subject
Date: 2015-10-10 05:25 pm (UTC)no subject
Date: 2015-10-10 07:46 pm (UTC)