Что касается "дважды-два четыре", я тут ощущаю связь с <<Записками из подполья>>. И в случае с "я был в реторте" тоже.
Как, мне видится, размышления по поводу сколько будет дважды-два, это продолжение сквозной темы о сочетании предопределенности (необходимости) и случайности. Дважды-два - четыре, это детерминированный лапласовский мир, в котором все предопределено, в нем нет места случайности (бог не играет в кости). Но, как гениально догадались еще Демокрит и Эпикур, если бы в мире все было предопределено, то в нем не могло бы произойти ничего нового. Поэтому они постулировали наличие как детерминированного (причинно-следственного) движения, так и случайного движения.
Ну, и как следствие, в жестко детерминированном мире, где правит дважды-два четыре, не могло бы быть никакой свободы воли и поступков, ответствености за них, совести, морали, сомнений и прочей достоевщины. Но раз все это есть, то мир не полностью детерминирован, или, иными словами, дважды два иногда не совсем четыре, а около четырех.
no subject
Date: 2017-08-04 01:53 am (UTC)И в случае с "я был в реторте" тоже.
Как, мне видится, размышления по поводу сколько будет дважды-два, это продолжение сквозной темы о сочетании предопределенности (необходимости) и случайности. Дважды-два - четыре, это детерминированный лапласовский мир, в котором все предопределено, в нем нет места случайности (бог не играет в кости). Но, как гениально догадались еще Демокрит и Эпикур, если бы в мире все было предопределено, то в нем не могло бы произойти ничего нового. Поэтому они постулировали наличие как детерминированного (причинно-следственного) движения, так и случайного движения.
Ну, и как следствие, в жестко детерминированном мире, где правит дважды-два четыре, не могло бы быть никакой свободы воли и поступков, ответствености за них, совести, морали, сомнений и прочей достоевщины. Но раз все это есть, то мир не полностью детерминирован, или, иными словами, дважды два иногда не совсем четыре, а около четырех.