Вопрос

[chenikh.livejournal.com]

С Щербаковым я «познакомился» где-то в сентябре прошлого года по совету очень близкого человека. До этого знал только, что есть такой, мне хватало. Но тут, понимаете ли, повело. Очень скоро я понял, что слушать это я не могу. От бесконечного речитатива и очень невнятной музыки начинала болеть голова. Физически. Ладно, я признаю, что в музыке я полнейший профан, и согласен просто и смиренно принять идею о гениальности этой составляющей творчества МЩ. Плюс у меня что-то, вероятно, физиологическое. Бог с ним. Будем читать тексты, решил я, тем более, что есть одна интересная мысль, которую высказала очень умная женщина и с которой я полностью согласен: если хочешь понять, действительно ли хороши тексты песни, убери музыку и посмотри, что осталось.

Смотрим. И понимаем, что и читать-то это можно с трудом. Радость логопеда. Айн, цвай, драй. Дебаркадер. Из фаянса, воска, камня, кожи… Ревель - Лемберг - Сыктывкар - Тифлис… Нечитабельно…

Потом та же умная женщина высказала следующую мысль: Щербаков – это не поэзия, это филология. И я не могу, никак не могу с ней не согласиться. Это действительно не поэзия. То есть, оговорюсь сразу, в том, что касается поэзии, как «ритмически организованной» и т.п., вопросов нет – оно, безусловно. Но если говорить о поэзии, как том, что идет изнутри, из души, как о чем-то сладко-горьком-неуловимом, от чего хочется смеяться и плакать, то этого у МЩ нет. Одни игры разума. Шахматный этюд. Ребус. Кроссворд. Любить это - все равно, что любить… не знаю… тригонометрические уравнения. Любят, я согласен. Я тоже люблю. Мозги тренирует. А на сердце ляжет – другое. Тексты его напичканы аллитерациями, аллюзиями, игрой слов, какими-то еще убедительно филологическими примочками, но поэтической души в них не осталось вообще.

И еще какое-то время я пытался найти в текстах МЩ что-то такое, что примирило бы алгебру с гармонией. Мария… Женщина, мечта, история, символ, тайна… Значит, есть что-то. Есть же, ну? Я надеялся, пока не наткнулся на вот такое: «на одном из концертов Щ объяснил все гораздо рациональнее. На вопрос "почему Мария" он ответил: "Ну, понимаете... три гласных, два сонорных... более певучих имен в русском языке нет». Оснований не доверять автору сего комментария у меня нет никаких, и от этого мне становится совсем грустно. Имя имен, вдохновение многим, оказалось сведено к «трем гласным и двум сонорным». Для МЩ за ним нет ни-че-го, кроме языкового удобства. Рациональность. Тьфу ты, господи.

Собственно, к чему я это все? К тому, что прошу вас, уважаемые дамы и господа, рассказать мне, что именно вы (даже так – Вы, вот Вы, лично) находите в стихах МЩ такого, что не вижу я. Я понимаю, есть такое, когда песня несет в себе отражение каких-то внешних факторов. Например, вы ее слушали, когда были влюблены, когда было хорошо или плохо. Что-то такое, в общем. Это понятно, это не автор виноват в вашей к нему любви, а ваша личная «подвеска» внешнего. А если без этого? В вашей душе он трогает – что? Или все же только кроссворды и гимнастика для ума? Тогда отчего такой трепет?


-------
zikoff, если Вам есть, что сказать по этому поводу, приглашаю в мой журнал.

Comments

[python-s.livejournal.com]

Щербаков меня подкупает своей независимостью - это мое впечатление с концертов. Испытываю невольно к нему уважение за то, что он интересуется именно тем, что ему интересно, а не тем, что принято быть интересным. Впрочем, Щербаков не уникален в данном случае.

Когда узнал Щербакова - конечно же брала за душу его экзотическая "головастость" и вот это ощущение "высокой материи" в песнях (это был 1991 год, осень). Именно это. Ни у кого из песенных авторов я не встречал "высокой материи" в сочетании с такой недюжинной силой воздействия. Его антисоциальность (его характерная мизантропия) меня привлекала и продолжает привлекать, потому что она у него лишь оборотная сторона медали. Вообще его такая мизантропическая позиция (в молодости - больше, сейчас - поменьше) сосуществует неизбежно с его источником творчества (позвольте мне так выразиться - иначе слов не подберу). Когда видишь живого обличителя, это не может не заинтересовать. Ведь в этом есть что-то настоящее, честное, бесстрашное. Многие видят в этом его презрение к публике, эгоизм, лицемерие. Но это лишь данность - его "человеконелюбие", это не определяющий мотив что-ли - это что-то даже кажущееся мне естественным.
Ну и тогда еще "всплыли" его древние песни, где он весь (в тогдашнем своем возрасте) совсем "неприкрыт". Там иногда такой депрессивный настрой, суицидальный даже - очень сильно действовал на мозги, помнится. Ну, понимаете, давно дело было - в годы молодые, страдания, там, всякие, переживания :)
Еще - ощущение чистоты (к древнему периоду творчества неприменимо). Этого в жизни совершенно не хватало. Его творчество было как залог для меня: есть нечто, не вступающее в земные дрязги, хоть и парящее в воздухе, но реальное, осязаемое. Наверное, это так с поэзией должно быть, но у меня все не как у людей было и есть, поэтому для меня это стал Щербаков - поэзия меня не интересовала совершенно и не действовала на меня никак.

[chenikh.livejournal.com]

Спасибо огромное. Очень интересный и замечательный ответ.